Добро пожаловать!

 

 

ГлавнаяО городеФотогалереяВидеоЭкскурсияКалейдоскоп судебЭкология душиПромышленностьГород в лицахНаш Пермский крайЗакон и правоКомментарииОбратная связьКарта сайта

 

 

 

 

Уральская Атлантида: или утерянный мир

 

Научный руководитель: Айзвирт Елена Рихардовнa

Выполнила: Зайцева Анастасия

Уральская Атлантида

     Город Березники образовался в результате слияния нескольких поселков, возраст которых исчисляется столетиями. Один из них – поселок (в прошлом заштатный город) Дедюхин.

      В конце XIX - начале XX вв. по статусу был вторым после уездного Соликамска. Возникновение поселка связывают со строительством Дедюхинского солеваренного завода, основанного в XVI веке Иоанникою Строгановым.  В 1606 году  Дедюхинские промыслы перешли под управление Пыскорским монастырём, монахи переименовали Дедюхин в Рождественское Усолье, а в договорной записи сохранили первоначальное название.

     В 1764 году Дедюхинские соляные промыслы становятся казенными и подчиняются Соликамской воеводской канцелярии, а с открытием Пермского наместничества (1780 год) – Пермской казённой палате.

     В 1805 году города Дедюхин получил звание «горного». Таким образом, на государственном уровне признавалось, что вся жизнь города связана с горными выработками. В России таких городов были единицы и подчинялись они не своему губернатору, а напрямую министерству финансов. Управляющий Дедюхинским соляным промыслом был в городе главным начальником. Всеми делами по управлению заводом распоряжался назначенный им управитель. Для поддержания порядка в городе Дедюхин существовала гражданская полиция, состоящая из полицмейстера, служителей нижних горных чинов и мастеровых.

     Не смотря на статус города, он был похож больше на село. После пожара 1847 года, во время которого сгорело более ста домов, была проведена некоторая перепланировка улиц. Улицы города располагались с северо-востока на юго-запад, были не ровными, не мощенными. Дома строились беспланово и по большей части – деревянные.

     Украшением города был Христорождественский собор, заложенный в 1732 году Пыскорским монастырем. На колокольне собора жители установили часы с курантами и пушку, для пасхальной стрельбы. На нижнем этаже церкви, в просторных помещениях с окнами и дверьми, запирающимися железными ставнями, помещались: с правой стороны – гауптвахта, казначейство Дедюхинского соляного правления и склад купеческих товаров, с левой – депо смолы и дегтя. Второй церковью города была Кладбищенская – Всесвятская, построенная в 1850-1854гг. на средства московского жителя, управляющего казённым заводом Е. А. Кармалина.

     Одной из достопримечательностей города Дедюхин конца XIX века был памятник Александру II, установленный в честь отмены крепостного права на центральной площади. Памятник представлял собой металлический бюст государя, укрепленный на вершине каменного четырёхгранного пьедестала.

         С 1674 года в городе работала монастырская больница. В 1805 году Департаментом горных и соляных дел для неё было выстроено специальное деревянное здание, которое в 1862 году перестроено. С закрытием завода жители лишились больницы и пользовались помощью земских врачей. В 1862 году в городе Дедюхин открывается богадельня. Первоначально существовавшая на средства Е. А. Кармалина, она с 1898 года стала общественной и находилась в заведовании волостного правления.

После проведения реформы земского управления здесь появилось два органа самоуправления – городское и волостное крестьянское правление. Население города разделилось на городских и сельских жителей. Дедюхинские мастеровые, составляющие большинство жителей города, имели права городских людей. Основное занятие – работа на варницах – являлась почти их единственным источником существования.

В 1809 году на дедюхинском промысле, первом из промыслов прикамья,  появляется паровая машина. Всего к 1825 году в промысле было 2 паровые машины. Первая машина заменяла 4 конных ворота и качала рассол для 8-9 варниц. А вторая была меньше, заменяла 2 конных ворота и качала рассол для 4-5 варниц. Поэтому Дедюхинский солеваренный завод до 50-х годов XIX века был одним из крупнейших в стране выпускал до 1 мил. 600 тыс. пуд. соли в год.

С переводом из государственного управления в арендное пользование (1862 год) производство соли  на заводе сократилось, а в 1886 году, из-за отсутствия арендаторов, и вовсе было закрыто. Дедюхинский завод делился на два участка небольшой канавой, впадающей в Каму. На первом большинство построек находилось в удовлетворительном состоянии. Несколько варниц можно было пустить в ход даже без особого ремонта. Паровая машина, от которой приводились в действие насосы, выкачивающие рассол из скважин, была в полной исправности. Второй участок представлял разительный контраст с первым. Варницы пришли в такую ветхость, что их скорее надо было сносить, а не ремонтировать. Паровая машина требовала капитального ремонта. Часть соляных амбаров находилась на берегу канавы, которая была так засорена, что невозможно было подвести к амбарам суда для нагрузки соли.   Завод был поставлен на торги. В 1903 году И. П. Вилесов взял в аренду 1 часть завода. Второй участок оставался в запустении.  В 1906 году дедюхинские обыватели подняли вопрос об аренде  на артельных началах второго участка. За хлопоты взялся К. А. Железных. Разрешение удалось получить после вмешательства царя. Условия, на которых Уральское горное управление нашло возможным сдать обществу второй участок завода, оказались очень жесткими и Железных удалось уладить все трудности. 21 июля 1908 года договор был заключен. Уже в конце лета 1908 года приступили к расчистке старых зданий, стали готовиться к строительству новых. 9 июля 1909 года была пущена первая артельная варница, за ней 15 июля и 17 августа, соответственно вторая и третья варницы. Качество артельной соли оказалось таким высоким, что акционерное общество «Любимов и Ко» заключило с артелью на выгодных для нее условиях контракт на прием всей ее продукции. Спустя три года артель, получала в год более миллиона пудов соли. Заработная плата у артельщиков была выше, чем на других промыслах. Так, повар (солевар) в артели получал в месяц 20 рублей, а в других местах 18 рублей, кочегары зарабатывали в день от 55 до 65 копеек вместо 45, соленоски - 35 копеек вместо 25, мешкотрясы – 50 копеек вместо 45.

Кроме солеваренного, в городе Дедюхин конца XIX – начала XX в. существовали: чугунолитейное, канатное, кожевенное, 2 кузнечных производства. На пристани ежегодно грузилось до 20 судов с 1569500 пудов соли, разгружалось 1883 тысяч пудов различных грузов, доставлялось до 200 плотов.

            В 1918 году с Дедюхин снят статус города. 24 декабря 1918 года войска Красной армии отступили под натиском войск Колчака и сдали город Пермь. 28 декабря армия Колчака захватила все Верхнекамье. Всех, кого подозревали в помощи Красной армии, забирали. Большевиков и комиссаров расстреливали на месте без суда и следствия. Молодых мужчин призывали в белую армию Колчака. Население подвергали сплошному террору и пыткам. В 1919 году  территория Урала была полностью освобождена от войск Колчака на Урале и Усольском уезде установилась Советская власть.

В 1919 году Усть-Усольские, Дедюхинские, Ленвенские, Усть-Боровские, островские (острова на Каме) соляные промыслы и Березниковский сользавод были объединены под управлением треста «Пермсоль» - одного из подразделений главного синдиката страны «Главсоль».

 В 30-х годах в Дедюхин начали привозить раскулаченные семьи. Их называли спецпереселенцами. Их подселяли к местным жителям, пока они строили для себя бараки. Возле каждого барака были клумбы с цветами. Строили сараи для дров, хлева для поросят и кур. Чуть позднее на пустующем клочке земли построили танцевальную площадку, возле неё поставили скамейки. Пришло время, спецпереселенцев восстановили в правах, они стали покупать дома или строить новые, а при домах разрабатывали огороды, возводили хлева для скота.

В 1932 году образовался город Березники. В 1953 году было принято решение о строительстве камской ГРЭС. В 1954 году пустили гидроэлектростанцию. С лица земли исчез поселок Дедюхин.

Утерянный мир

Жители затопленного села Дедюхино в 1954 году в основном были переселены в пригород Березников – Абрамово. Прижиться на новом месте всегда нелегко – рушится прежний уклад жизни, традиции, обычаи, рвутся корни истоков самой жизни. Очень по-разному сложились судьбы дедюхинцев.

История первая – Зои Сидоровны Устюговой

Зоя Сидоровна, собеседник автора, переселенец из поселка Дедюхин. Зое Сидоровне 87 лет, она родилась в 1924 году, но память у неё ясная. С болью сожаленьем и любовью говорит она о своём маленьком утерянном мире, об Уральской Атлантиде – затопленном поселке Дедюхин.

Дедюхин находился в 10 км от Центра Березников на левом берегу реки Камы. Близко к нашему дому располагалось маленькое (по сравнению с Чашкинским озером, которое находилось в 7 км от Дедюхин) озеро. На маленьком озере располагались мостки, на них женщины полоскали белье. С другой стороны от мостков купались дети.  Дедюхин окружали леса. Место было живописное красивое.

Зоя Сидоровна родилась в семье Анастасии и Сидора Рыдаевых. Прародителей она своих не помнит. У неё было две сестры. Сидор Рыдаев любил выпить. Вся семья держалась на Анастасии. Она работала на солеваренном заводе. Работа там была тяжелая изнурительная. Кроме того, у семьи было значительное хозяйство, держали корову, коз. Ну, и конечно, как у всех сельчан был огород. Анастасии самой приходилось работать на огороде. В основном сажали картофель, капусту, брюкву, морковь, лук. Летом приходилось полоть, окучивать, заготовлять ягоды: морошку, малину, голубику, чернику. Особое удовольствие доставлял сбор грибов. Грибы жарили, сушили, солили – замечательное подспорье грибы зимой. Анастасии так же приходилось заботиться и о заготовке сена. Наделы покосов давали поближе к дому – в Ворге – это между Дедюхинскими домами и Чашкинским озером. Зоя Сидоровна любила покосы и до сих пор вспоминает запах сена, жгучий, терпкий, наполненный ароматом полевых цветов.

В доме сложился особый уклад и быт, основной утварью были скамьи, железная кровать была только у родителей. Еда, приготовленная в русской печи, была особенно вкусной, каша рассыпчатая и ароматная, кисели из ягод заменяли десерт. По воскресеньям обязательно пекли шаньги. Все в посёлке умели вязать, и прялка была атрибутом каждого дома. Запоминающимся украшением дома была скатерть с набивными розами, которую стелили только по праздникам.

Праздники были редкими, но запоминающимися. В праздничные дни приезжал духовой оркестр, и вся танцующая молодежь поселка собиралась на танцплощадке. Старшее поколение собиралось в одном доме, и рукодельничали, пели песни, летом, в определенном месте, водили хороводы. Зоя Сидоровна очень любила устраивать концерты. На них дети танцевали два танца: украинский и морской. Кто-то пел. Сначала концерты были бесплатные, потом «артисты» подумали и решили сделать платные. Родителям очень нравились концерты, и они платили за билеты.

С  1 по 4 класс Зоя Сидоровна училась в деревянной одноэтажной школе. В ней было 4 комнаты, по комнате для класса. С 5 по 7 класс школа была каменная, находилась она рядом с церковью. Говорили, что это либо поповский дом, либо тюрьма. С 8 по 10 класс образование было не обязательным, поэтому в Лёнву ходило мало ребят. Здание было построено специально для школы. Зоя Сидоровна училась лучше всех в классе. А мама  ругала её за то, что она не справлялась с домашними работами. Когда Анастасия сходила на родительское собрание, поняла, что была не права. После собрания к ним пришла подруга Анастасии, у неё был сын – двоечник и второгодник. Подруга попросила Зою позаниматься с ним. Занятия не прошли даром, он стал успевающим. Когда Зоя Сидоровна закончила 9 класс, началась война. Но она продолжила своё обучение.

После 10 класса Зою пригласили работать в школу старшей вожатой. Но учителя и особенно учитель физики Арталеон Александрович Верещагин хотели, чтобы она училась дальше, а не работала. И через год работы Зоя подала документы в Уральский Индустриальный Институт в Свердловске. Так как у неё была всего одна четверка, она поступила без экзаменов. Приехала к началу учебного года. В актовом зале проходила регистрация. Актовый зал был образован в результате соединения двух корпусов. Потолок был высоким и куполообразным, на нем было что-то нарисовано, пол паркетный, мраморные колонны. Такую красоту Зоя Сидоровна видела только в дедюхинской церкви. На четвертом курсе она узнала, что мама умерла от рака печени. И сразу же поехала домой на похороны. Когда сошла с поезда – побежала. По дороге с неё слетела косынка, что стало причиной потери слуха. Зоя лечилась в Свердловске у самых лучших профессоров, но слух полностью не вернулся.  После института приехала в Березники и устроилась на БТМК. Ей дали  двухкомнатную квартиру, в которой она до сих пор живёт со своим сыном.

Когда Зоя Сидоровна только приехала в Березники, она встретила своего земляка Евгения Михайловича Устюгова. Вскоре в 1954 году они поженились. Потом у них появилось двое детей. Муж оказался очень деятельным человеком и стал инициатором в издании книги о погибших во время войны березниковцев и усольчан.

Однажды по радио сообщили, что ЦК КПСС приняло решение о постройке гидроэлектростанции. Это известие означало, что Кама разольётся, и будут затоплены многие посёлки, в том числе и Дедюхин.

Жителям этих поселков дали месяц отпуска на работе для того чтобы разобрать и перевезти свой дом на новое место. Снаружи дома выглядели нормальными, но когда их разобрали, оказалось, что половина бревен гнилые. Требовались деньги, но были они не у всех. Лучше зарабатывали те, кто работал на содовом заводе. А остальным было тяжело.

После переселения все дедюхинцы оказались разбросаны по разным поселкам. И если они встречаются, то это большое событие. В 2006 году Зое Сидоровне директор 11 школы предложила организовать встречу дедюхинцев. И Зоя Сидоровна подала объявление о встрече в газету. Она не рассчитывала, что кто-то придет, и поэтому очень удивилась, увидев толпу около 11 школы. Встреча прошла очень тепло. Но всех не покидало чувство безвозвратно утерянного мира детства, отчего дома, родной земли.

История вторая – Надежды Павловны Третьяковой

Сегодня Надежде Третьяковой 87 лет. Много ей пришлось пережить за свою жизнь: войну, радость возрождения страны, прощание с «Уральской Матерой», замужество, рождение дочери, далекий Таджикистан, распад СССР и унизительный статус беженца. Память имеет свойство вычеркивать из сознания страшные неприятные моменты жизни. В  свои почти 90 Надежда многое уже не помнит или не хочет помнить. Но на склоне жизни память всё чаще и чаще уносит её в далекое детство и юность – отчий дом, Дедюхино.                                                                                             

В семье Третьяковых никто не помнит, когда предки – выходцы из новгородской земли – пришли в березовый край за счастьем.

Наденька росла любопытной девочкой, очень любила расспрашивать про старину свою маменьку. Мать Надежды, Зинаида Александровна, родилась в большой, но очень бедной семье – Любови и Александра Неверовых. Зиночка была старшей и любимицей в семье. Отец Зиночки работал на солеваренном заводе, зарабатывал   немного. Главным богатством и кормилицей в семье была новенькая машинка Зингер – приданое Любови Неверовой. Люба неплохо шила: не только обшивала всю семью, но иногда (что случалось крайне редко) шила на заказ. Зинаиде врезался в память замечательный день: её отец  вернулся  с Японской войны живым и здоровым. Она вместе с матерью встречала его в Перми, где и сфотографировались на память. Когда Зиночка подросла, родители отдали её в школу. Училась девочка легко и охотно. Прекрасно читала стихи, была очень сообразительна. В выпускном, в 4 классе, была замечена управляющим солеваренного завода, который председательствовал на экзамене. Зинаиде было предложено бесплатное обучение в Соликамске в педучилище. Но у родителей Зины не было денег даже на учебники, поэтому заманчивое предложение сорвалось и Зиночке учительницей стать не пришлось. Судьба ей уготовила другую участь – сначала счетовода потом бухгалтера. Смышленую девочку управляющий не забыл, предложил ей работать счетоводом на заводе. С той поры Зиночка никогда не расставалась со счетами – они и сегодня реликвия семьи.

Наступил холодный февраль 1917 года: Зиночке 18 лет, счастливый возраст, полный надежд. Но тревога и неуверенность уже вступили в свои права: шепотом передают в поселке друг другу – свергли царя. Вскоре весть о революции в Петрограде в Дедюхино ни для кого не была секретом. С прилавков купеческих лавок стали исчезать многие товары. Революционные страсти охватили маленький уральский поселок, как и всю страну. Купец Ерындин зазывно причитал: « Покупайте, девки, ситец, недорого. Скоро не будет». Так оно и произошло. Зря не купила Зиночка ситец, жалела потом.

В октябре 17 новая революция в России. К власти пришли большевики, страна скатилась в пучину гражданской войны. Благодетель, управляющий, с началом войны где-то сгинул. О нем больше никто никогда не слышал. В разгар Гражданской войны в Дедюхино вернулся уже солидный, понюхавший пороха Первой мировой, переживший австрийский плен - Третьяков Павел Иванович, или Метелка, как его называли в поселке.  В Дедюхино уже никто не помнил, почему за Третьяковыми закрепилось именно это прозвище. Зиночка вышла замуж не по любви, а время пришло, да и замужней легче было пережить обрушившиеся на поселок невзгоды. В 1924 году в семье Третьяковых родилась дочь – Надежда. Девочку так назвали, потому что все с надеждой ждали прихода лучших времен. Надежда росла веселая бойкая – по натуре боец и лидер. Любила собирать детишек, что поменьше, и организовывала походы в лес за ягодами, грибами.

Лето – счастливая и безмятежная пора для детей. Приволье лесное, водное, огородное наполняло радостью и восторгом. Окрестные леса изобиловали ягодами, грибами, кедровыми шишками. Но лето, как говорится, зиму кормит. За короткое уральское лето нужно было выполнить множество хозяйственных работ: заготовить на зиму лук, чеснок, свеклу, брюкву, морковь и, конечно, основную кормилицу картошечку. Картошки сажали очень много, она, что и говорить, нередко заменяла хлеб. А как много вкусностей можно было приготовить из картошки: картофель жареный, печеный с молоком, жареный с грибами, всего не перечислить. И всё было замечательно вкусно. Наденька вспоминает, как отец варил к вечеру целое ведро картошки. Каждого наделял кружкой молока за ужином и картофелем – это был целый семейный ритуал. Павел Иванович, потеряв на работе глаз, занимался домашним хозяйством. А хозяйство было не шуточное - семью из 10 человек кормило. В подворье были корова, овцы, поросенок, птица. На всю зиму надо было заготовить сено и корма.

Павел Иванович косил сено сам, помогали подросшие дети. Работы протекали в авральном режиме: нужно было успеть заготовить сено до дождей. Жара, пить хочется, а Павел Иванович торопит помощников. Траву нужно было не только выкосить, но и ворошить для просушки, сделать копны, а затем стоговать их.

Уход за скотом тоже требовал большого внимания. Доила корову Зинаида, а всю остальную работу делал Павел Иванович. Корове надо вынести поило два раза в день, подкинуть сено. Не меньших забот требовали овца, куры. Зинаида приходила с работы домой, допоздна хлопотала по дому, а затем почти до утра щелкала на своих счетах.

Уральское лето скоротечно. Осень – здравствуй школа. Нравилось Надежде в школе. Вместе с подругой Риткой Куклиной были заводилами. Ритка была некрасива, но талантлива и умна. Удивляла меткими эпиграммами на учителей, ребят, да и про себя могла сказать не без иронии: «Я не красива и глаз мой кос, лицо в веснушках, курносый нос…». После войны Ритка уехала в Пермь, стала профессором от филологии.

Весной Дедюхино напоминало Венецию – поселок заливало водой. В каждой семье – забота: спасти постройки и скот. Для скота сколачивали плоты с ограждениями. Вместе с водой поднимался плот со скотиной. Взрослым весна уготовила множество хлопот, а молодежи развлечения. Навсегда запали в сердце печальные, задорные, раздольные песни, которые звучали в Дедюхино в теплые весенние вечера. Романтичны первые свидания на лодках или плотах. По вечерам часто молодежь собиралась в клубе. Наденька была замечательной плясуньей. Легко кружилась в вальсе на зависть многим подругам и легко кружила голову кавалерам.

Счастливые были времена. Но все изменилось в раз – наступил 1941 год. «Ох, война, что ты сделала, подлая? – опустели наши дворы…» На фронт ушел старший брат Надежды Василий Третьяков. Он окончил танковое училище, воевал на курской дуге. В сражении под Курском боец  отличился. Страшно горел подожженный врагами танк. Все товарищи Василия погибли. Молодому танкисту удалось выжить в этом бою. Три часа он полз, не поднимая головы, по полю, где продолжался бой. Войну Василий Третьяков закончил в Австрии капитаном. А вот младшему брату Надежды Анатолию не судьба была вернуться домой. Погиб Анатолий в Восточной Пруссии 7 мая 1945 года, не дожив 2 дня до окончания войны.

В 1943 году Надежда закончила Березниковский  медтехникум и была отправлена с группой выпускниц на Орловщину, только что освобожденную от немцев. Орловщина встретила огарками изб, печально возвышающихся на пепелище деревень, и брюшным тифом. В деревне, в которую была направлена молодая медсестра, сохранилось только здание школы. В здании школы во время немецкой оккупации располагался штаб. Отступая, фашисты школу не успели сжечь. Её приспособили под лазарет. Вместо кроватей - солома. Надежда металась между больными в горячечном тифу. Когда эпидемия тифа была побеждена, девушку отпустили домой на родину в отпуск, а после отпуска определили в дедюхинский госпиталь 5947. Возглавлял госпиталь Рутман, заместитель Попова. Надежда быстро влилась в коллектив. Ближайшими подругами были Надя Зрячих и Рита Мальцева. Больные были всё тяжелые и капризные. Некоторые получили очень тяжелые увечья. Боец Купцов лишился обеих ног – переживал, как вернется домой к жене и матери калекой. Страшно не любил Купцов пшенную кашу. Мог разразиться крутым матом, когда приносили очередную порцию не любимой каши и запустить тарелкой в медсестричку. Наденька подобрала ключик к сердцу капризного бойца. Приносила из дому картошку и уговаривала повариху для бойца пожарить её. Весь день приходилось крутиться как белке в колесе. Раненые требовали не только профессионального ухода, но и теплоты, внимания. Молодая медсестра могла и утешить бойца и вселить уверенность в скором выздоровлении. Бойцы отвечали благодарностью. Со слезами на глазах Надежда Павловна, рассказывая историю госпиталя, с трепетом и волнением достает из старого альбома фотографии Саши Чукаева и Шалаева, сделанные для неё на память. Бойцы выписались из госпиталя 15 марта 1944 года. Принесли Надежде букет цветов герани, Бог весть, где они его нашли, и отрез сукна на пальто. Отрез Наденька наотрез принимать отказалась, но разобиженные бойцы настояли на своем – очень им хотелось хоть как-то отблагодарить за заботу, тепло, ласку работников госпиталя. Все работники госпиталя очень неплохо пели, танцевали, поэтому радовали концертами своих пациентов; понимали – выздоровление раненых не только уход, но и хорошее настроение. Надежда с вдохновением пела: « Маленький синий платочек падал с опущенных плеч. Ты говорила, что не забудешь ласковых, радостных встреч…» Случалось, что и влюблялись в госпитале бойцы. Наденьке объяснялись в любви Репушкин Николай и рыжеволосый Яшка. Каждый день протекал в трудах и заботах. Режим военный, строгий. Однажды свалил Наденьку короткий сон. Яшка присел на край кушетки и с восхищением разглядывал безмятежно спавшую девушку. Как назло, этот момент  застиг начальник госпиталя, Рутман. Третьякову перевели в ленвинский госпиталь. Яшка прибегал и туда, но не любила бойца Надежда. Её сердцу был мил Репушкин Николай. После войны Репушкин приглашал Надежду к себе в Архангельск, но как-то не сложилось. После закрытия ленвинского госпиталя Надежда работала в медпункте в Пальниках. Обслуживала в основном спецпереселенцев из немцов. Вышла замуж за Айзвирт Рихарда, но это уже другая история.

В 1954 году поселок Дедюхин, в который мечтала вернуться Надежда Павловна, был затоплен во время пуска камской ГРЭС. «Это было крушение всего: надежды, судьбы, привычного мира» - со вздохом заканчивала свой рассказ Третьякова Надежда Павловна.

Обе истории пронизаны ностальгией, горечью, сожалением по утерянному миру.

Заключение

В ходе исследовательской работы автор изучил историю Уральской Атлантиды села Дедюхин, записал истории судеб Зои Сидоровны Устюговой и Надежды Павловны Третьяковой. Фотографии личных архивов респондентов и истории их судеб представляют документальный материал, могут составить архив кабинета истории. Выявлено, что технические эксперименты порождают проблемы не только природные, но и проблему нравственную – экологию души. Непросто, порой трагически, сложились судьбы дедюхинцев,  утративших свой прежний уклад жизни, традиции и обычаи малой родины. И сегодня, спустя много лет, старожилы поселка Абрамова в Березниках, переселенцы уральской Атлантиды, с любовью и трепетом вспоминают «родное Дедюхино». Отмечают, что потеря малой родины стало крахом надежд, судьбы, привычного мира.

Список литературы

1)           Е. В. Мальцева Родное Дедюхино – ООО «Дизайн-студия «СФЕРА», Березники, 2009.

2)           Николаев Ю. Уральская Атлантида// Березники и березниковцы. Журнал о Березниках к 70-летию города. Березники, 2000.

3)           «Усолье – мозаика времен» ч. 1, Пермь, 2004.

 

Приложение № 1

Интервью.

Зоя Сидоровна Устюгова. Жительница Села Дедюхин.

     Зоя Сидоровна, вы жительница затопленного села Дедюхин. Наверняка сохранились воспоминания о жизни поселка до затопления. Не могли бы Вы этими воспоминаниями с нами поделиться?

- Дедюхин находился в 10 км от Центра Березников на левом берегу реки Камы. Близко к нашему дому располагалось маленькое (по сравнению с Чашкинским озером, которое находилось в 7 км от Дедюхин) озеро. На маленьком озере располагались мостки, на них женщины полоскали белье. С другой стороны от мостков купались дети.  Дедюхин окружали леса. Место было живописное красивое. Старые жители верили в леших, в нечистую силу. Помню, девочка потерялась в лесу, её так и не нашли. В деревне говорили: «Ни как леший попутал».

Зоя Сидоровна, каким ребенком по счету вы были в семье, и каким было ваше детство?

- Я родилась в 1924 году. У меня было две сестры старше меня.

Сколько поколений вашей семьи проживало в поселке?

- Точно не знаю, приблизительно 4.

Кто были ваши родители и известно ли что-либо о Ваших прародителях?

- Мою маму звали Анастасией Рыдаевой. Отца - Сидор Рыдаев. Бабушку и деда не помню.

Что вы можете рассказать о них?

- У нас вся семья держалась на маме. Она работала на солеваренном заводе. Работа там была тяжелая изнурительная. Кроме того, у нас было значительное хозяйство, держали корову, коз. Ну, и конечно, как у всех сельчан был огород. Отец пьянствовал. Матери самой приходилось работать на огороде. В основном сажали картофель, капусту, брюкву, морковь, лук. Летом приходилось полоть, окучивать, заготовлять ягоды: морошку, малину, голубику, чернику. Особое удовольствие доставлял сбор грибов. Грибы жарили, сушили, солили – замечательное подспорье грибы зимой. Матери приходилось заботиться и о заготовке сена. Наделы покосов давали поближе к дому – в Ворге – это между Дедюхинскими домами и Чашкинским озером. Я любила покосы и сейчас ощущаю запах сена, жгучий, терпкий, наполненный ароматом полевых цветов.

Могли бы вы описать уклад и быт вашей жизни?

- Жили мы в бревенчатом доме. Основной утварью в доме были скамьи, на которых не только сидели, но и спали. В центре дома располагалась русская печь, над печью были полати. Замечательной была еда, приготовленная в русской печи. Каша рассыпчатая ароматная. И кисели знатные варили. По воскресеньям обязательно пекли шаньги. Мать моя умела вязать. Прялка - обязательный атрибут сельского дома. Зимой делали пряжу из козьей шерсти и вязали. Единственным украшеньем была прекрасная скатерть – вязанная с набивными розами. Её стелили только по праздникам – на рождество, на пасху.

Опишите досуг односельчан.

- Праздники были редкими, но запоминающимися. В праздничные дни приезжал духовой оркестр, и вся танцующая молодежь поселка собиралась на танцплощадке. Старшее поколение собиралось в одном доме, и рукодельничали, пели песни, летом, в определенном месте, водили хороводы. Еще я очень любила устраивать концерты. На них мы танцевали два танца: украинский и морской. Кто-то пел. Сначала концерты были бесплатные, потом мы подумали и решили сделать платные. Родителям очень нравились наши концерты, и они платили за билеты.

Зоя Сидоровна, где вы учились, в каком году закончили?

- С  1 по 4 класс я училась в деревянной одноэтажной школе. В ней было 4 комнаты, по комнате для класса. С 5 по 7 класс школа была каменная, находилась она рядом с церковью. Говорили, что это либо поповский дом, либо тюрьма. С 8 по 10 класс ходила в Лёнву. Здание было построено специально для школы. Училась я лучше всех. Мама меня ругала за то, что я не справлялась с домашними работами. Когда она сходила на родительское собрание, поняла, что была не права. Потом к маме пришла подруга, у неё был сын – двоечник и второгодник. Она попросила меня позаниматься с ним. Занятия не прошли даром, он стал успевающим. Я закончила 9 классов, когда началась война. Потом  проучилась еще год.

Помните ли вы первый день войны?

-Конечно, помню. Я тогда работала в огороде, а по радио сообщили, что началась война. И я сразу же побежала к отцу, так как он заготавливал сено. Когда я добежала, сказала, что на нас напали немцы. Он сначала не понял и попросил повторить. Потом понял. А в поселке все начали переживать. Стали ходить друг к другу и плакали. Слушали радио и следили за тем, что происходит на фронте.

Где вы работали после школы?

- После 10 класса меня пригласили работать в школу старшей вожатой. Но учителя и особенно учитель физики Арталеон Александрович Верещагин хотели, чтобы я училась дальше, а не работала. И через год работы я подала документы в Уральский Индустриальный Институт в Свердловске. Так как у меня была всего одна четверка, я поступила без экзаменов. Приехала к началу учебного года. В актовом зале проходила регистрация. Актовый зал был образован в результате соединения двух корпусов. Потолок был высоким и куполообразным, на нем было что-то нарисовано, пол паркетный, мраморные колонны. Такую красоту я видела только в дедюхинской церкви. На четвертом курсе я узнала, что мама умерла от рака печени. И сразу же поехала домой на похороны. Когда я сошла с поезда – побежала. По дороге с меня слетела косынка, что стало причиной потери слуха. Лечилась в Свердловске у самых лучших профессоров, но слух полностью не вернулся.  После института приехала в Березники и устроилась на БТМК. Мне дали  двухкомнатную квартиру, в которой я до сих пор живу.

Зоя Сидоровна, когда вы вышли замуж, что можете рассказать про мужа?

-Я вышла замуж в 1951 году за моего земляка Евгения Михайловича Устюгова. Он работал на ТЭЦ-4. Был инициатором в издании книги о погибших во время войны березниковцев и усольчан.

Сколько у вас детей?

- У нас двое детей. Ирина и Павел.

Как к вам пришло известие о затоплении Дедюхин?

- Тогда я жила в Березниках. По радио сообщили, что ЦК КПСС было принято решение о постройке гидроэлектростанции в Перми. Это известие означало, что Кама разольется, и будут затоплены многие деревни, в том числе и Дедюхин.

Как происходило расселение?

-Жителям назначались определенные сроки для того чтобы разобрать дом, выделялись машины на перевозку разобранного дома, но деньги надо было платить свои. При разборе домов оказывалось, что половина бревен были гнилыми. Приходилось покупать новые бревна. А это большие расходы. Те, кто работал на содовом заводе, зарабатывали хорошо, и им было проще. А остальным пришлось тяжко.

Как устроились жители Дедюхин после переезда?

-Я однажды в одной книге прочитала, что жители Дедюхин после переезда хорошо устроились. Это неправда, потому что нет знакомых соседей, а ведь в Дедюхин все жили дружно, некоторые жители потеряли своё хозяйство. Одним словом нарушен тот устой, который был у нас в Дедюхин. Теперь люди друг друга годами не видят, а когда встречаются, то это большое событие. Мы начинаем вспоминать и очень жалеть, что не знаем, кто, где живет.

Оправдалась ли постройка ГРЭС?

-Нет. Она давала слишком мало электроэнергии.

 

Приложение №2

Архив семейных фотографий Третьяковой Надежды Павловны,

Айзвирт Елены Рихардовны.

 

Неверовы Александр и Любовь, маленькая Зинаида Неверова-Третьякова, 1905 г., Пермь.

 

Третьяков Павел Иванович, 1917г., Австро-Венгрия, Чехия.

 

1941, Лёнва, ученики 8 класса. 2-ой ряд слева Третьякова Надежда.

 

1941, Дедюхино, набережная, церковь.

 

  1.  Третьяков Василий Павлович, 1941.

  2. 1 слева – Третьяков Анатолий Павлович, 1941.

 

Третьяков Анатолий Павлович, 1945, Восточная Пруссия.

 

Третьяков Василий Павлович, 1954.

 

Дедюхино, 1949, работники дедюхинской швейной фабрики, в центре сидит Зинаида Третьякова.

 

1944, дедюхинский госпиталь 5947.

 

Дедюхинский госпиталь 5947, 1944.

 

 

Дедюхино,1949, Третьяков Борис Павлович (передний план).

 

 

 

Шавардина Настя;scarlet97@mail.ru